Сайрон: Осколки всевластия

Объявление

Дата: 6543 год










  • — ИГРА НАХОДИТСЯ В СТАДИИ РЕАРГАНИЗАЦИИ. В СВЯЗИ С ВОЗВРАЩЕНИЕМ СОЗДАТЕЛЯ (ПОЯВЛЕНИЕМ У НЕГО ВРЕМЕНИ). ВСЕХ ЖЕЛАЮЩИХ ПОМОЧЬ/ВЕРНУТЬСЯ В ИГРУ (КАСАЕМО СТАРЫХ ИГРОКВО) ПРОСЬБА ОБРАЩАТЬСЯ ВК ВК СОЗДАТЕЛЯ


  • Создатель
    Глав.Админ, занимается приемом анкет, следит за порядком на форуме. Связь: скайп- live:jvech11111

    Арнаэр зу Валлард
    Проверка анкет. Выдача кредитов, работа с магазином, помощь с фотошопом Связь: скайп - live:m.vladislaw7_1,

    Данте
    Администратор Связь: ЛС


    С

  • Dragon Age: the ever after

    Король Лев. Начало ВЕДЬМАК: Тень Предназначения
    Айлей Code Geass
    Fables of Ainhoa

    Магистр дьявольского культа


Добро пожаловать на Сайрон. Форум, посвященный фентези-тематике, мир, в котором Вы можете воплотить все свои желания и мечты.....
Система игры: эпизодическая
Мастеринг: смешанный
Рейтинг игры: 18+

ГРУППА В ВК


Голосуйте за любимый форум, оставляйте отзывы - и получайте награду!


Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сайрон: Осколки всевластия » Завершенные эпизоды » Голод и страх [Элария, 10 Теарис]


Голод и страх [Элария, 10 Теарис]

Сообщений 1 страница 30 из 43

1

1. Название эпизода: Голод и страх
2. Участвующие лица: Анивейли, ГМ
3. Место действия: Элария, Аг'кхал
4. Вводная информация: ...
5. Возможность добавления игроков: по согласованию с игроками
6. Время на момент начала эпизода: 10 Теарис

Отредактировано Голос глубин (07.05.2017 14:06)

0

2

- Папочка… - тихо сказала бродяжка, рассеянно глядя на восток, и, понурив голову, пошла за Ани.
Девочка замкнулась в себе, и разговаривала все реже. Не раз, просыпаясь, Анивейли находила её сидящей неподвижно и созерцающей рассвет.
Границу путницы пересекли на второй день, и, несмотря на опасения спасителя - не наткнулись на рейдоров, хоть и нашли множество следов лап у реки, где, судя по всему, совсем недавно случилась переправа. Сложности начались через декаду. Еда закончилась, а изготовленные эльфийкой рогатины редко приносили улов. Часто река в месте привала была слишком быстрой и глубокой для рыбалки при помощи рогатин, и тогда девушки останавливались днем, когда находили удобное место. С каждым днем еды становилось все меньше, и каждый день укорачивалось расстояние, которое они преодолевали.
И вот, спустя четырнадцать дней пути, очередное утро застало Анивейли горьким привкусом во рту и слабостью во всем теле. Девочки рядом небыло. Поиски привели эльфийку на берег, где, среди камней, лежало маленькое тельце. Её бледные ручки, усыпанные кровавыми мозолями, все еще сжимали рогатину. Под глазами залегли глубокие тени, а в уголках рта виднелась запекшаяся кровь.
Тело девочки уже было холодным. Анивейли осознала, что ребенок, не обладавший артефактом глубокого сна, часто не могу уснуть и просыпался от голода. Ани представила, как шатаясь от слабости девочка идет к реке и долго пытается поймать себе поздний ужин. И вот удача улыбается ей, и, обезумевшая от голода девочка пытается съесть добычу живьем.
Ядовитую добычу… Яд парализует тело судорогой, девочка заваливается на бок и далекие, холодные звезды отражаются в широко раскрытых глазах из которых медленно уходит жизнь.

0

3

Как быстро дети доверяются незнакомцам! Почему девочка назвала того тиграна "папой" понятно не было, она же упоминала, что её папа был человеком.
Но лучше бы, наверное, она и впрямь побежала за тем тиграном, чем голодала вместе с недальновидной эльфийкой.

Увидев, что случилось, Анивейли зажмурилась: удары в душу бывают больнее ударов по телу. Кляла себя за глупость, за то, что не додумалась отдать артефакт девочке и за то, что легла спать, подумав, что что-нибудь поймает завтра.
Сглотнув, эльфика сосредоточилась на заклинании. Она не была уверена, что сможет прочесть его без осечки - всё же хоть она и мастер, но опыта ещё было мало, очень мало. Чаще приходилось лечить раны, чем болезни и отравления, а для ран подходило излечение, а не сон.
Вспомнив заветные слова со всеми ударениями, оттенками звуков, Анивейли бросилась к девочке и положила на неё руки. Так всегда было гораздо проще сконцентрироваться. Стараясь не смотреть в глаза ребёнку, она вздохнула и четко произнесла:

- Эртель марусс когарт!

Чувствуя, как магия потекла через слова и по рукам, эльфийка снова закрыла глаза. Пока смотреть было страшно. Она пыталась почувствовать, работает ли заклинание. Оно должно было погрузить в лечебный сон. А сон... продлиться от двух до шести часов.
Чтобы он длился вечно Анивейли, конечно же, не хотела...
Долго бегать от страха она не могла. Открыв глаза, смотрит на девочку, пытаясь понять тоже самое - сработало ли заклинание.

0

4

Коснувшись тела девочки, Анивейли подсознательно не желала осознавать того, что маленькое тельце уже окоченело. Подсознание и утомленный голодом разум играли злую шутку, заставляя думать, что девочка просто спит.
Но она была мертва, мертва уже давно и никакая магия не могла изменить этого.

0

5

Чтобы осознать гибель девочки потребовалось много времени. А потом...
Сил после ушедшего в пустоту заклинания не было почти совсем. Анивейли, кажется, не могла уберечь ни одного попутчика: мама, отец, этот ребёнок... а ведь девочка верила ей, кажется, безгранично. От этого было ещё больнее.
Эльфийка долго лежала и плакала. Потом встала. Ещё через некоторое время она смотрела на деревья... а ведь там можно бы было найти съедобные ягоды или коренья...
Но уже поздно. Сил, чтобы поднять девочку, у неё не было, поэтому пришлось тащить. Ближе к лесу... там, по соседству с песком, наверное, земля не такая твёрдая. Потом копать... долго и упрямо, загоняя грязь под ногти, развозя эту же грязь по лицу, в попытке вытереть слёзы. Но на это уходило слишком много времени... чтобы приглушить голод, приходилось жевать листья или траву, что казалось безвредней. Выплёвывать потом, что не съедобно... но рыть и пытаться обманывать организм.
Потом, едва ямы хватило, чтобы хоть как-нибудь уложить там девочку, Анивейли это и сделала. Отдохнув снова, стала закапывать. Да, не глубоко, но лучше, чем вовсе никак. Камнями выложила круг, чтобы было хоть сколько-то видно, что тут.
Подползла к реке, чтобы попить. Анивейли слишком устала, чтобы сразу сделать это как следует, поэтому получилось, что заодно и лицо окунула... выдохнув в воду, приподнялась. Руки тоже оказались в воде, но мыть их как следует она не стала. Потом вернувшись к месту ночлега и медленно собравшись, эльфийка пошла к лес. Он привычней. Он приятней, там, может быть найдётся еда...
На время суток было почти всё равно.

Отредактировано Анивейли (06.05.2017 19:29)

0

6

Казалось, мир утратил свои краски. Словно во сне, девушка медленно собирала свои вещи, но когда взгляд её упал на ночлег несчастной бродяжки - слезы вновь начали застилать глаза. И вот, когда Ани уже собиралась отвести взгляд, она вдруг заметила что-то ярко-красное, торчащее из-под покрывала. Дрожащими руками эльфийка извлекла предмет.
Перед ней предстал длинный шарф, невыносимо, ослепительно яркий в этом потускневшем мире. Края шарфа украшала вязь из мелких символов, вышитых серебряной нитью. Ани попыталась прочесть их, но быстро поняла, что видит такие символы впервые:
http://savepic.net/9292827.png
А потом, на краю сознания, отрывая от таинственной вещи - возник звук. Гулкие, тяжелые взмахи. Приближалось нечто крылатое, большое. Протирая глаза, Ани поглядела в сторону реки и увидела огромные черные крылья, поднимающие ворох брызг и демона, которого эти крылья принесли.
Беда не приходит одна…
Стоило демону ступить на песок, как крылья его исчезли и облик тут же стал неотличим от человеческого. На руках демона обнаружилась хрупкая девушка, невнятного происхождения. Он отпустил её и девушка встала рядом. Оба уставились в сторону Анивейли, ожидая чего-то, а эльфийке стало не по себе. Чего хотят эти подозрительные личности, что прячут свои глаза за круглыми линзами очков?
Алые у него. Синие у нее. Словно две диковинные совы уставились на Ани.

0

7

Сначала Анивейли тупо и словно не видяще смотрела на шарф и на символы. Откуда он тут взялся? Буквы ли на нём вообще?

Услышав звуки эльфийка медленно повернула голову и уставилась на аэри. И на его спутницу... единственная мыль, которая пришла в голову была почти невероятной... это отец девочки? Предположение так и застряло, Анивейли и не принимала его, но и не гнала. А иначе какая вообще может быть связь? (Про странное, полустёртое прошлое, она пока не могла вспомнить).

- З... здравствуйте.. - всё же выдавила из себя девушка двум незнакомцам.

На большее она пока была не способна. Только стоять и смотреть.

0

8

Двое прибывших подошли ближе, позволяя получше себя разглядеть. Черные кожаные плащи с высокими воротниками скрывали лица по самый нос и выглядели очень дорого, хоть и не особо красиво. Лицо аэри было пожилым и морщинистым, девушка же казалась молодой. Холодные белые волосы у него, золотистые у нее - были убраны в совершенно одинаковые хвосты. Странные гости шли синхронно, нога в ногу, и также синхронно остановились. Смерили взглядом Анивейли, чуть наклонившись внимательно изучили шарф и переглянулись.
- Определенно, - заявил красноглазый “филин”.
- Ошибки быть не может, - подтвердила синеглазая “сова”.
Когда девушка повернулась к своему спутнику, Ани обратила внимание на то, что уши её по форме напоминают эльфийские, но покрыты густой золотистой шерстью с кисточкой. А еще из-под плаща выглядывал кончик хвоста. Совсем как…
Странные существа вновь повернулись к Ани, и абсолютно синхронно задали один и тот же вопрос, очень важный вопрос:
- Ты все еще хочешь жить?

0

9

Страха почему-то и не было. Ну существа. Странные, очень. Шарф. Какая-то уверенность...
Подумалось, что родители девочки. Но почему тогда ничего про неё не спросили? Что значит "всё ещё"?..
Думать было тяжело. Как и говорить. На слёзы уже не было сил.

Жить, конечно, хотелось, хоть и было почти непонятно зачем. Мантия, которой Анивейли некогда гордилась, висела теперь на ней грязной тряпкой. Девочка, которая успела стать сестрой, лежала под землёй. Но умирать эльфийка, наверное, всё же боялась... одно дело умереть, когда знаешь зачем, другое - просто по глупости.
А потому... кивок.
Хоть и хотелось уже просто упасть.

0

10

- Миюри, дальше сама. Встретимся в канцелярии. Начни подготавливать бумаги, в первую очередь расстрельный список. Хочу закончить все завтра.
Девушка внимательно выслушала и кивнула. А затем метнулась в сторону и её силуэт исказился в звероподобное черное пятно, умчавшееся вверх по течению реки на головокружительной скорости.
Аэри повернулся к эльфийке.
- Знаешь ли ты, что среди демонов рыжие девочки считаются “приносящими удачу”? На то много причин, и большая часть аэри ответит тебе, что рыжие волосы - это огонь, а женщина - символ коварства. И будут по-своему правы, но корни народного поверия лежат намного глубже.
Демон сделал шаг вперед, и, взяв из рук Анивейли шарф, повязал его на шею эльфийки.
- Ты не первая, кто встретил рыжую девочку, не помнящую своего имени. И не последняя. Но до сих пор не было зафиксировано подобных случаев за пределами Аг’кхала. Рыжая бродяжка быстро занимает себе прочное место в сердце, не правда ли? Вот только дар от нее получает далеко не каждый. Береги его.
С этими словами демон подхватил эльфийку на руки. Воздух за его спиной подернулся дымкой, вокруг глаз, скрытых очками, набухли черные вены, и сильно запахло грозой. Мужчина согнул колени, оттолкнулся, хлопнув крыльями и ветер ударил в лицо Анивейли, растрепав волосы. Земля закружилась, стремительно удаляясь, и через какие-то пару секунд скрылась за облаками.

0

11

Слова аэри ясности придали мало. Где девочка могла умудрился прятать шарф? Почему "дар"?.. Анивейли ведь ее убила своими решениями.
Вцепившись в этот шарф, Анивейли старалась не шевелиться. Земля была далеко внизу, там же осталась могилка. Но горе позади не осталось.
Сдержать слезы стало делом принципа. Этому помогала в целом напряженная поза... если бы была возможность расслабиться, Анивейли бы вновь разревелась.
Пока же она лишь ждала, какую цену ей объявят за жизнь. Куда ее принесут не казалось пока важным, а любопытство тонуло в душевной боли. Как и маленькое удовольствие, которое могло бы проскользнуть в мирное время: манера речи этого авэри понравилась, потому что чем-то напомнила любимого лектора. То безоблачное время, время учебы, казалось безумно далеким.

0

12

Анивейли знала, что некоторые аэри обладают крыльями, а часть из них даже может использовать крылья по назначению. Но эльфийка и помыслить не могла, что крылья способны нести с такой скоростью. Впрочем, опасливо оглядываясь, она обратила внимание, что демон в красных очках не делает больше взмахов крыльями. Кроме того, пространство вокруг искажалось напоминая пузырь, вокруг которого концентрировался кондансат, мощный воздушный поток разбивала неведомая сила, и временами между крыльями аэри и куполом скользили молнии.
Совершенно очевидно было, что демон подчиняет своей воле природные силы, но магического вмешательства практически не ощущалось, это эльфийка могла сказать наверняка. Но как тогда?
От размышлений оторвал тот факт, что купол, на удивление беззвучно, лопнул. Уже прибыли? Но прошло от силы десять минут… Обернувшись, девушка с удивлением обнаружила под собой не бескрайние леса, а седую гору, из ущелий которой тут и там торчали трубы, чадащие черным дымом, и мрачный в своем величестве храм.
Дым всех труб вдруг резко дернулся, взвиваясь спиралью, поднялась пыль на горном склоне, а еще через секунду вернулось эхо оглушительного грохота, словно ожившая гора зарычала на непрошенных гостей.
Аэри, не глядя на девушку, коротко пояснил:
- Ударная волна.
Широко расправленные крылья плавно опустили путников на площадь колоссального храма. Он казался пустым, даже заброшенным, но Ани отчетливо ощущала на себе множество взглядов.
Демон отпустил её, но тут же на плечо эльфийки покровительственно легла рука в черной перчатке. Слегка подталкивая Ани, незнакомец вел её к огромным железным вратам. Те уже начинали медленно отворяться, выпуская ровный поток воздуха из горы, подобный тяжелому вздоху. Воздух пах чем-то незнакомым, чем-то искусственным, с легкими нотками дыма и, почему-то, старого пергамента.
Величественный холл медленно сужался до простого коридора. Врата позади закрылись с гулким стуком и на миг в проходе стало очень темно, но тьму разрезало ровное, желтовато-зеленое свечение. Оглядевшись, Анивейли обнаружила стеклянные трубки, идущие вдоль стен. Свет в них излучало незнакомое девушке вещество, не подающее признаков горения.
- После великой войны, в которой демоны были повержены, нас загнали под землю. Весь мир считает аэри нацией запуганных рабов, занимающихся тяжелой работой, живущих в шахтах и добывающих металл. Абсолютно все уверены, что мы производим передовое оружие и лучшие доспехи, продавая всю свою продукцию чтобы не помереть с голоду и не быть добитыми более сильным противником.
Коридор с металлическими стенами закончился еще одним автоматическим шлюзом, пройдя через который, путники оказались на большой платформе, огороженной невысоким заграждением. Аэри подвел свою спутницу к самому краю - дальше тонель становился шире и уходил вниз под крутым углом. На полу тоннеля не обнаружилось ничего похожего на лестницу, только строгие ряды металлических ферм, и блестящие в полутьме рельсы. Платформа вдруг задрожала и начала медленно двигаться вниз.
- Абсолютное большинство обывателей уверены: демоны, выползая из шахт, купаются в серных озерах, уничтожают друг-друга на гладиаторских боях, потому что на большее не способны, либо устраивают оргии, после которых родится новое поколение рабов, на смену “износившимся”.
Незнакомец говорил с каким-то странным, нездоровым воодушевлением. Впереди нарастал шум, какого эльфийка никогда еще не слышала. Это было… Ни на что не похоже. Но шум точно был искусственным, сплетенным из лязга множества… механизмов?
Платформа остановилась и перестала вибрировать под ногами, раздался неприятный звон, под потолком замерцал кроваво-красный светильник и оградка ушла под пол, открывая путь вперед. Аэри повел свою спутницу, прибавив шагу. Тоннель закончился, выпуская Ани на длинный, широкий мост...
И мир вокруг словно взорвался!
Под огромными сводами полой горы ютился железный монстр. Мерцая всеми цветами радуги, словно усыпанный звездами, он гудел миллионами голосов, вздыхал густыми клубами пара, грохотал подвижными домами, резво ползущими по подвесным рельсам. В пропасть, дно которой скрылось в тумане, уходили бесчисленные шпили, соединенные между собой такими же висячими мостами, как и тот, на котором стояла Анивейли.
По мостам шли, бесконечным потоком, аэри. Кое-где мосты и шпили “сплетались” образуя улицы, и скоро девушка начала замечать во всем этом хаосе четкую, централизованную, радиальную структуру. К центру которой и вел мост, на котором аэри и эльфийка стояли в одиночестве.
- Добро пожаловать в Столицу! Горнило науки, сердце прогресса! Величайший город из всех. Аэри уже сотню лет располагают технологиями, способными поставить весь мир на колени. Как ты думаешь, почему до сих пор этого не случилось?
Демон уверенно двинулся к центру Столицы, увлекая Анивейли за собой.

0

13

Полёт был слишком быстрым, чтобы за это время понять, что происходит. Какой купол? Какая гроза... аэри ли это вообще, а не какой-нибудь спард с их заоблачными технологиями?
Слово "ударная волна" было лишь смутно знакомым. Взрыва Анивейли не видела, поэтому от чего она могла бы возникнуть не поняла. Купол так лопнул? Почему тогда было тихо, а не как с караваном?
И то это за взгляды в пустом-то храме? Эльфийка теперь едва не дрожала: то есть за жизнь она согласилась служить тёмным силам? Надеясь, что это служба ограничится тяжёлой, но не связанной с ритуалами работой, Анивейли отпустила, наконец, шарф, чтобы плотно закутаться в мантию.
Сбежать от этого странного кошмара помешала рука, взявшая эльфийку за плечо. Пришлось идти, дрожа и оглядываясь, слушая речь и...
И глотая свои возражения. Ничего подобного она и не думала! Считать кого бы то ни было неразумными и готовыми вечно унижаться было для неё странно.
А вот подлыми и коварными... в этом было мало сомнений. И если тот тигран помог им по каким-то своим понятиям о чести, то у аэри была какая-то цель. Слушая долгое вступление и послушно шагая, куда поддакивают, Анивейли старалась не споткнуться и не упасть - здесь бы это было опасно.
Чем больше она видела, там больше думала о спрадах и технологии. Кажется знания аэри были не меньше тех легендарных знаний небесного народа! И сочетание этой мощи и тёмных душ сильно пугало.
Что этот аэри хочет, кроме того, что покрасоваться властностью? При чем тут шарф и рыжая девочка?
Столица... что властный аэри живёт именно здесь не удивило.
Но он задал вопрос... надеясь, что этот вопрос риторический, Анивейли молчала.
Не говорить же демону о том, что они всё же бояться проигрыша, или, хуже, о какой-нибудь доброте.

0

14

Аэри чуть сбавил обороты, явно сбитый тишиной в ответ. Видно было, что он привык выступать перед неглупой аудиторией, возможно даже работал лектором, а тут вопрос, и остался без внимания.
- Хмм… Молчишь?
Вдруг все вокруг заполнил оглушительный грохот, подвижной состав промчался прямо над головой Ани, осыпая искрами и пеплом, на секунду все сознание заполнилось этим шумом, но состав унесся вдаль и относительная тишина восстановилась.
Демон же и бровью не повел.
- Стоит аэри развязать войну, как начнется гонка вооружений. Наше продвижение будет стремительным, но враги, терпящие одно поражение за другим, смогут украсть и исследовать технологии, не смотря на то, какими строгими будут меры секретности. За тем враги сделают свои грубые копии, а в дальнейшем, кто знает, усовершенствуют? Прогресс будет подобен взрыву, но это не станет достижением аэри.
Мост над пропастью, наконец, закончился очередными самодвижущимися вратами, а за ними мир вдруг принял куда более привычные очертания. Шум мегаполиса исчез, и пространство заполнила тихая музыка. Перед эльфийкой возникла площадь, окруженная величественными фасадами зданий. Явно не жилых, но без вывесок, а в центре нее обретался фонтан со статуей незнакомого аэри. По площади ходили немногочисленные демоны, важного вида, и не обращали внимания на прибывших, очевидно спеша по своим делам.
- Площадь Несменного. Здесь ведет свои дела по внешним вопросам трибунал, а так же находятся головные канцелярии всех силовых структур Столицы, - торопливо пояснил демон и продолжил лекцию, - Но что, если прогресс достигнет точки невозврата? Что, если технологии аэри достигнут таких высот, что в лице врагов мы будем новыми богами? Что, если пропустив несколько ступеней эволюции, враги не смогут перенять наших достижений? Это нельзя будет даже назвать войной.
Аэри подталкивал эльфийку к одному из зданий, расположенному прямо за спиной статуи “Несменного”.
- Аг’кхал хранит множество тайн, приближая новую эру. Но ты, милое дитя, умудрилась влипнуть в то, что мы скрываем даже от своих. Эти знания опасны, и они круто изменят твою жизнь. Но тебе не следует бояться.
На сей раз двери аэри распахнул самостоятельно, и взору девушки предстал уютно обставленный зал, декорированный темным деревом и алым бархатом. Из зала вело множество дверей и большая лестница на второй этаж. Здесь тоже нашлось около десятка деловитых аэри, но как только двери распахнулись все они остановились, оглянувшись, а потом совершили изящный жест, касаясь указательным пальцем лба, и плавно отводя руку с раскрытой ладонью в сторону.
- Разум ведет, лорд-Трибун! - хором произнесли аэри.
- Разум ведет, господа, - отозвался демон. И уверенно направился на второй этаж.
Аэри провожали Трибуна заинтересованным взглядом, вызванным, очевидно, необычной компанией.
Поднявшись по лестнице, демон отворил дверь прямо напротив и впустил Ани в небольшое помещение, где они остались наедине. Окон в помещении не оказалось, вдоль стен стояли шкафы, а в центре красовался массивный стол, заваленный множеством документов. На столе горели свечи. Как-то даже разочаровывая после всех этих речей о прогрессе и множества светильников, не использующих огня.

0

15

Слова про гонку вооружений заставили эльфийку смутиться и чуть-чуть покраснеть. Она чувствовала себя кляксой на картинке, ошибкой в заклинании - чем-то нелепо иррациональным там, где нет места хаосу.
Оказавшись на площади и услышав, что именно тут происходит, Анивейли смутилась ещё сильнее. Она даже на родине не была в настолько важном месте, а тут, в чужом, наверное даже враждебном Аг’кхале. Аэри говорил про знания, про то, что они круто изменят жизнь... с одной стороны это радовало - кажется, обойдётся без крови и тёмной магии. А с другой, Анивейли до тошноты пугали рассказы аэри. Завораживали, но заставляли дрожать.
Через ступень эволюции... стать богами... она не разделяла уверенность "лектора" в том, что такие амбиции могут привести к чему-то хорошему не то что для мира - для народа им следующего. Это было как-то неправильно, хоть и, вроде, не гнусно.
Вернувшееся чувство голода словно привело Анивейли в чувства. Соображать стало, как ни странно, проще. А мысли невольно заставили улыбнуться.
А может, это было и не чувство голода, а вдохновенность демона? Хоть идей о том, что аэри захватят мир Анивейли не нравилась, мощный душевный порыв "лектора" не могли не затронуть эльфийку. Искренность всегда несёт в себе толику света.
После приветствия, Анивейли улыбнулась чуть шире. Разум, конечно, ведёт, но чего он стоит без мудрого сердца? А мудрое сердце, конечно, доброе сердце, в этом эльфийка не сомневалась. Через ступень эволюции... но это ведь произойдёт не сегодня и даже не через сто лет. Другие народы тоже ведь развиваются, и неизвестно сколько будет длиться такая "гонка". По крайней мере так думала Анивейли.
А если этот старый аэри искренне верил в смутные и столь далёкие перспективы, работал ради их достижения, и, судя по вдохновенности, отдавал этой работе себя целиком...

- Вы благородны, господин-Трибун, - вдруг осмелела эльфийка.

Но тут же сильно смутилась и испугалась: а что если это было мало того, что глупым, так ещё и неприятным аэри?..

0

16

Демон помолчал немного в задумчивости, повернулся к эльфийке и смерил её изучающим взглядом:
- Полагаю, технически это верно: я происхожу из благородной семьи. Однако, нельзя с полной уверенностью заявлять, что я рождался. Хмм… Это, как говорится, сложный момент. И он не относится к делу, - быть может Анивейли и показалось, но она уловила некоторое смущение в этом ответе.
Порывшись в одном из шкафов, аэри вытащил небольшой пузырек, откупорил его и принюхался. А затем протянул Ани.
- Выпей. Один из моих самых любимых составов - отгоняет чувство голода, придает сил, обеспечивает чистоту и ясность мыслей на пару часов. Главное не забывать сколько уже стоишь на ногах, иначе можно умереть от остановки сердца прямо в процессе очередного великого открытия, - демон усмехнулся, - И это в целом не шутка. Постарайся не бодрствовать больше двух суток. И не забудь плотно поесть перед тем, как ляжешь спать. Восстановление сил после использования этого состава значительно усложняется.
Аэри уселся за стол приготовил перо и чернила, и дождался, пока девушка примет эликсир.
- Замечательно. А теперь краткий экскурс: девочка, которую ты встретила, не совсем живое существо. Полагаю наиболее точным будет определение “стихийное бедствие”. Ибо бед она принесла немало, пусть и влияет, зачастую, на судьбу всего одного человека. Твой случай - сто семьдесят четвертый, и это только из тех, которым найдены подтверждения и свидетели. Первый задокументированный случай произошел четыре тысячи двести тридцать шесть лет назад. Очевидцы, или, если угодно - пострадавшие, рассказывают о рыжеволосой девочке с чертами бастер, ищущей своего отца. Примечательно, что некоторые из рассказанных девочкой историй повторяются. Однако место, где ждет её “папа” каждый раз меняется. Те из свидетелей, что смогли довести девочку до искомого места сообщают, что дома, описанного девочкой, там нет. А сама она либо теряется в толпе, либо погибает при загадочных обстоятельствах сразу же после прибытия в указанное место. Кроме того, очевидцы часто видят кошмарные сны, содержание которых также может повторяться от инцидента к инциденту.
Демон быстро записал что-то и внимательно посмотрел на собеседницу.
- Присядь. Мне нужно чтоб ты пересказала мне все, что узнала от девочки. Каждая деталь может быть важна, постарайся не упустить ничего.

0

17

Анивейли хотела была пояснить, что под "благородный" она имела далеко не знатное происхождение, но аэри уже заговорил про... зелье.
Не найдя причин не поверить демону (что, наверное, со стороны выглядело бы странно) эльфийка перехватила норовившую распахнуться мантию так, чтобы не давать ей это сделать используя лишь одну руку, а другой она взяла предложенный напиток и, глотнув его, действительно почувствовала, как силы возвращаются и голод уходит.
- Спасибо... - тихо поблагодарила она.
Потом выслушала и его "экскурс". Он задел Анивейли... чтобы это дитя была "стихийным бедствием", а не живым и несчастным созданием быть не могло! Она же маленькая, тёплая, милая... правда, вспомнились её "боевая" привычка слушаться. И сон тоже был.
Так и не поверив в непонятную и злую природу ребёнка, Анивейли стала вспоминать её многочисленные рассказы и родные повадки. Печально улыбаясь, эльфийка начала говорить:

- Я встретила её на западной границе Эларии. Она шла по дороге, пошатываясь. Караван её обгонял, но кроме меня никто не обратил на ребёнка внимания. Я же подошла, когда она упала. На ней была какая-то мешковина, в качестве плаща, и больше ничего. Ноги были стерты изранены, но раны не воспалились. На спине в неё было много глубоких шрамов, как от плети. Таких глубоких, что не всякий взрослый бы выжил. На руках тоже были шрамы, но при этом не как от... ну, когда вены вскрывают. Ещё она была всего тёплой, как тиграны. а про прошлое я мало расспрашивала, чувствуя трагедию. Знаю поэтому немного. Например то, что её отец - человек. Что его, вроде как убили. Что какое-то время девочка была у страшной женщины в смешном платье, блестящем с ленточками, перьями, нитями... - Анивейли задумчиво сдвинула брови. - Не уверена, правда, что всё это было на платье. Эта женщина не сказала девочке, зачем ей всё это. Но сказала, что её папа умер и что он смотрит на неё откуда-то там. Что именно эта женщина сказала ей, что отца убили, а до этого не пустила куда-то там с ним. Что отец учил её, что ранить - плохо, но сам был воином и говорил, что это нужно "чтобы не она таким занималась". Ещё он мог какие-то там штуки, типо магии, но это не было целительством.

Анивейли уже так много раз произнесла слово "отец", что на её глаза навернулись слёзы: мало того, что девочка умерла, так ещё же и её собственный родитель. Сжав руку в кулак, эльфийка всё же не расплакалась прям совсем.

- Что дома у неё библиотека и где-то там стеклянная крыша. Что...

Эльфийка старалась вспоминать рассказанные девочкой эпизоды и кратко про них рассказывать. Тёплые воспоминания отзывались болью, поэтому слёзы она быстро и стеснительно вытирала рукавом. Хоть голосом более или менее владела.

- Потом на наш караван напали. После этого нас спас какой-то тигран. А после этого я решила, что идти в Вейтрал пока опасно, и мы пошли обратно, в Эларию. Девочка умерла отравившись рыбой... от голода, почти что. А потом и вы при... прилетели.

Вздохнув, Анивейли чуть плотнее закуталась в мантию и посмотрела на аэри. Высказав всё, что помнила, она не была уверена, что не наговорила лишнего, и чувствовала стыд теперь не только за слёзы.

0

18

Аэри быстро шуршал пером, записывая историю со слов эльфийки, и сохраняя молчание. Лишь задал несколько наводящих вопросов, когда речь зашла о кошмарном сне. Закончив, он посыпал пергамент каким-то порошком, накрыл другим листом и придавил сверху книгой. А потом глубоко вздохнул:
- Практически ничего нового… - демон снял свои круглые очки с красными линзами и уставился на девушку тяжелым взглядом холодных, синих глаз. Тем не менее выглядели они вполне человеческими. В этом аэри вообще ничего не выдавало демонической природы. Пока не появлялись крылья, конечно.
- Ты молода, добра и наивна. Думаю, тебе сложно будет поверить, но основная причина, по которой ты помогла девочке, это эмпатия. Девочка - сильнейший эмпат. Несколько свидетелей подтверждали, что она чувствовала эмоции и слышала мысли своего отца, до того дня, пока их не разлучили. И связь эта была двусторонней. Девочка сохраняет эту способность в каждой своей инкарнации. Теорию подтверждает то, что среди помогавших ей - большинство аэри. А среди этих аэри было немало тех, кого даже по нашим меркам считают выродками. Серийные убийцы, каннибалы, некрофилы - помогали маленькой рыжей бродяжке найти отца. Занимательная тенденция: чем аморальнее был “помощник”, тем сильнее он переживал утрату. Большая часть маргиналов покончила с собой после смерти девочки, что также косвенно указывает на применение эмпатии. Разумеется, на закоренелого выродка придется влиять гораздо больше, чем на мягкосердечную эльфийку, чтобы расположить к себе. И последствия такого влияния будут тяжелее.
Демон замолчал на пару минут, задумавшись, а потом продолжил:
- Аутопсия и изучение влияния эмпатической связи на мозг, положили начало моим исследованиям нейросигнатуры. И говоря о ней, мы плавно подходим к сути нашей проблемы, - аэри прокашлялся, и начал говорить чуть медленнее, дабы смысл и важность сказанного не прошли мимо ушей девушки, - Говорят, молния дважды в одно место не бьет. Так вот эта молния обожает бить в одно место. И коль скоро ты не планируешь свести счеты с жизнью, то наверняка сможешь встретить девочку еще раз. Я не знаю когда и где это случится, проследить закономерность в проявлении феномена пока не удалось. Посему до тех пор, да и всю оставшуюся жизнь тебе придется жить и действовать в интересах Аг’кхала, под моим непосредственным началом. Потому как любое неосторожное слово с твоей стороны, грозящие раскрытием тайны, приведет к череде смертей. Увы, но мне придется убить всех, с кем ты когда-либо контактировала, а после убить знакомых твоих знакомых дабы уберечь информацию от распространения. А это… Очень проблематично во многих смыслах.
Демон встал из-за стола и принялся мерить комнату шагами - от стены до стены.
- Выходов из этой ситуации много. Один из них - это нейросигнатура, полевые испытания которой совсем недавно завершились успехом. С помощью нее я могу внушить тебе чувство. Например преданность мне, радикальный патриотизм в отношении Аг’кхала, или даже любовь. Разумеется, любое из этих чувств избавит тебя от нравственных страданий и сомнений. Кроме того, я могу избавить тебя от чувств вовсе. Есть так же вариант с корректировкой памяти, гипноблоком, или же, в крайнем случае, “отказом от обязательств”. разумеется сохранить тебе жизнь в последнем случае я не смогу.

0

19

Услышав о смертях Анивейли пришла в ужас.
То есть из-за того, что она согласилась не умирать, всех убьют? Или из-за того, что она согласилась помогать девочке? Или... зачем?
Даже толком не отследив само движение, Анивейли вмиг встала на колени перед столом и, скрестив руки а груди, наклонилась.

- Пожалуйста, не надо никого убивать! Мой дом подумает, что я умела не дойдя до Эларии и они не знают про девочку, а выжившие с каравана - что нас убили тиграны, а тигран, который помог - что мы умерли с голоду!

Тут же осознав, что нужно как-то крепче аргументировать мольбу, Анивейли продолжила:

- Дома знали лишь что я с отцом пошла в Брут. А так как отец умер там, что я тоже где-то сгинула - не удивительно. А караван... как я уже сказала, им незачем рассказывать о какой-то девочке, которая привязалась к знахарке. Тот тигран рисковал своим положением... он тоже не расскажет, что кого-то там спас от собратьев. При этом он не был уверен, что мы выживем. Совсем не был... Больше нас никто и не видел. Некому рассказывать про девочку... или вы про то, что убийства начнутся если я кому-то вдруг проболтаюсь? - с надеждой. - Если так, то это стимул молчать посильнее прочих ваших способов воздействия. Как молчать, так и служить вам...

Анивейли замолчала, подняв просящий взгляд на аэри.

0

20

Демон сложил руки за спиной, показывая гордую осанку и военную выправку и встал рядом с Ани.
- Поднимись, девочка. Я ненавижу, когда передо мной пресмыкаются, ибо верю, что в моем окружении все - достойные люди. От недостойных я избавляюсь.
Он глубоко вздохнул, прикрыв глаза, а когда открыл снова - во взгляде появилась некоторая снисходительность.
- Как я и говорил, ты молода, глупа и наивна. Я поведал тебе столько захватывающих вещей. Подумай только, то, что ты узнала сейчас известно от силы дюжине людей. А ты беспокоишься только о жизни какого-то там тиграна в лесу.
Аэри покачал головой.
- Разумеется я не кинусь прямо сейчас убивать всех, кто видел девочку. Для них это просто девочка. Она почти ничего не помнит о себе. А вот ты теперь знаешь о ней достаточно много. А если вспомнить, что ты молода и наивна - информацию ты можешь выдать неосознанно. Вот тогда и полетят головы.
Демон положил руки на плечи эльфийки и заглянул в глаза:
- И еще кое-что. Я практически уверен в том, что ты не понимаешь, что это значит для тебя - служить мне. В моей работе мало привлекательных мест, и огромный простор для сомнений. А так же для рассуждений о том, что же такое “добро” и “зло”. А когда метания духа застанут тебя посреди важной миссии - будет уже поздно копаться в твоей голове и исправлять слабости.

0

21

Когда Анивейли сказали встать, она не посмела перечить и послушно поднялась на ноги.
Но то, что аэри поведал ей захватывающие вещи не мешало всё же беспокоиться о том добром тигране. И об остальных тоже... неосторожное слово или дело. Анивейли плохо представляла как на девочку и рассказанное можно было бы намекнуть, не сказав напрямую. Но мысли об этом ушли в сторону, когда аэри призвал подумать о тяготах службы.
Почему-то вновь захотелось улыбаться и уголки губ дрогнули.

- Даже если вы внушите любовь или преданность, от терзаний меня это не избавит. Если избавите от чувств вовсе, я так же стану почти бесполезна, потому что забуду, почему согласилась вам служить... тут чувства только на руку, потому что вдохновение и страх гибели - это тоже эмоции, - Анивейли старалась мыслить максимально рационально, но всё же ей руководил страх лишиться части себя после всех этих манипуляций.

Говоря всё это, эльфийка смело смотрела в глаза демону. В её же зелёных глазах  можно было легко прочесть причину бесстрашия: уверенность в том, что страх гибели хотя бы её дома удержит от глупостей. Она выбрала путь и была готова идти по нему со всем своим светлым пониманием такого явления, как "преданность", залогом которой была любовь к родным и симпатия к вдохновлённому и, безусловно, благородному аэри, который был готов работать не ради своей выгоды, а ради будущих поколений.

0

22

- Ты возлагаешь на свои плечи слишком много… Но это твое право, и заставлять тебя я не собираюсь. Однако переубедить попробую, ведь вижу в твоих глазах уважение, которого тебе испытывать… Как минимум нелогично. Я бы понял страх, ненависть, отвращение. Но уважение такой как ты… В голове не укладывается. Идем.
Демон подошел к столу, что-то нажал под столешницей и надавил ногой на скрытую педаль. Одна из секций шкафа отъехала назад и вбок, и за ней обнаружилась небольшая кабинка с дверцей. Встав в кабинку и дождавшись, пока Анивейли присоединится к нему, аэри дернул механический рубильник. Дверца резко захлопнулась и кабинка начала быстро снижаться. Скоро Ани роказалось, что кабинка несется все быстрее и вот-вот расшибется о камни, но лифт плавно остановился и, лязгнув затворами, отворил дверь.
Перед эльфийкой предстало престранное помещение: продолговатое, с высоким потолком и без окон, стены слева и справа были сплошь уставлены капсулами в человеческий рост, с прозрачными стеклами, с потолка свисали, как струи дождя - цепи, а между ними вились, сплетаясь в диковинный узор, светящиеся нити. Также в помещении нашлось множество столов, стоящих аккуратными рядами. Большая часть их оказалась заставлена алхимической утварью и завалена книгами, но по углам каждого из столов Анивейли заметила кандалы. Однако самым странным предметом в этом жутковатом помещении оказалась кровать. Огромная, роскошная кровать с балдахином стояла в дальней части комнаты, и на этой кровати, по самым скромным подсчетам, могло бы прилечь полсотни демонов, ни капли не стесняя друг друга.
Посреди причудливой смеси борделя и лаборатории стояла уже знакомая Ани девушка в синих очках, а у её ног, шипела и извивалась молодая аэри, связанная по рукам и ногам.
- Ты! Больной ублюдок, Агрон узнает об этом, слышишь?! И твой отец! Только пальцем меня тронь! - завопила девушка, как только увидела новоприбывших.
Трибун кивком поприветствовал ассистентку, с которой не виделся от силы тридцать минут, и повернулся к Анивейли.
- У меня есть брат. Завтра весь круг его общения казнят жесточайшим образом. Публично. А самого брата объявят врагом народа, подлежащим немедленному устранению. Это же, - демон кивнул в сторону пленной, - Его тайная почитательница. Впрочем, тайной это почтение было только для самого Агрона.
Аэри усмехнулся и с презрением посмотрел на девушку.
- Будь я недальновидным простаком - Агрон смог бы пробраться в Столицу и найти здесь союзника и убежище. И попытаться отомстить. Но сейчас я внушу этой девушке новые эмоции. Она будет любить меня, и помнить все, что я сделал. Знать, что должна ненавидеть и кого должна поддержать. Но сделает все, что в моих интересах, питая надежду на хоть малую мою благосклонность. И тысячи лет спустя умрет, все так же горячо любя, но так и не получив ничего взамен. Что ты думаешь об этом, светлая?

0

23

Само помещение, как смесь лаборатории и... нелицеприятного места пугала. Ещё было жутко и противно сознавать, что опыты проводят над живыми существами, а не кем-то ещё. Но чувство, что Анивейли ничем тут не может помочь, пусть и скрутив внутренности, успокоило разум. Аэри от опытов она не избавит... но соглашаясь служить, спасёт хотя бы свой дом...
Тошнотворное чувство вины перед незивестными (а может в чем-то и повинными) аэри отогнала краткая информация о девушке и... вопрос от лорда-Трибуна.
И тут даже рациональность включать не пришлось:

- Да, это жестоко... очень жестоко, но что сделал ваш брат? Если он совершил слишком много зла в масштабном плане, то преданность ему тоже преступление... за которое положена кара. Я не могу думать об этом что-то, если не знаю, что он совершил.

Ещё раз взглянув на помещение и на цепи, Анивейли содрогнулась. Она тоже идёт на преступление своей службой. Но, закрыв глаза, она вновь взяла себя в руки. Ей есть ради чего. Эта цель не так грязна. Да и демона... есть в нём что-то хорошее, что тоже капельку скрашивает муки эльфийки.

0

24

Пленная аэри, до сих пор внимательно слушавшая Азазеля, побледнела. И нарочито громко рассмеялась.
- Да ты умом тронулся, старик! Кто в здравом уме полюбит тебя?
Анивейли не видела нижней части лица демона, но с уверенностью могла сказать, что он улыбается. И улыбка эта была жуткой.
- Значит нужно всего лишь решить проблему здравого ума.
На лице пленной появилось плохо скрываемое паническое выражение и она начала извиваться активнее, пытаясь освободить руки. Что у нее, на удивление, получилось.
С отчаянным воплем девушка разорвала путы на ногах. Пальцы её венчались небольшими, но острыми коготками, а голову украшали аккуратные витые рожки. Угрожающе извивался и щелкал как хлыст черный хвост девушки, пока она отползала подальше от ученого и оглядывалась в поисках оружия. На глаза аэри попался поднос с хирургическими инструментами и она резко схватила скальпель, опрокинув все остальное.
Демон поморщился, глядя как инструменты падают на пол.
- Не подходи ко мне, слышишь! - рявкнула пленница, забиваясь в угол возле кровати и выставляя скальпель перед собой.
Сейчас, оглядев девушку в полный рост, Ани поняла, что та совсем молода. Эльфийка не особо разбиралась в возрастах демонов, но по человеческим меркам девочке сложно было дать больше шестнадцати.
Ученый хмыкнул:
- А у тебя приятная истинная форма. Вот только не совпадает со вкусами Агрона.
На лице пленной появилась кривая, издевательская усмешка:
- Что же ты не покажешь нам свое настоящее лицо?
Демон промолчал.
- Да брось! Вся Столица знает, что ты маленький горбатый уродец! И что ты калечишь шлюх, вымещая на них свои комплексы! - она вновь громко рассмеялась, - Ну давай! Покажи серьезность своих намерений!
Алхимик слегка пожал плечами и театрально развел руки в стороны. На секунду Анивейли показалось, что демон поддался на провокацию, но облик его никак не изменился. Вместо этого на груди ученого разом лязгнули пряжки нескольких десятков ремней и очень плотный плащ раскрылся. Аэри сделал шаг вперед, оставляя свой костюм левитировать позади. Костюм деловито развернулся к хозяину спиной и гордо удалился в направлении вешалки. Демон остался в очень простой и просторной холщовой рубахе и таких же широких штанах, вызывая своим видом непроизвольные ассоциации с пиратами. Теперь Ани видела алхимика целиком. На вид ему было около пятидесяти, суровые черты лица, волевой подбородок. Старый уродливый ожог на половину шеи и правую скулу. Химический ожог - догадалась Ани, припоминая, что демоны славятся своей живучестью и обычный огонь шрамов бы не оставил. Приглядываясь внимательнее эльфийка замечала все больше ожогов. Больше всего пострадали руки, на них совсем небыло волос, а на пальцах отсутствовали почти все ногти. Глядя на это Ани вдруг осознала, почему демон носит такой глухой плащ.
Тем временем алхимик подошел к одному из своих столов и принялся рыться в ящиках под ним, через минуту извлекая небольшой кожаный сверток и странного вида чернильницу, больше напоминающую пробирку. С этими предметами он невозмутимо подошел к пленнице.
- Прочь! - взвизгнула она, вжимаясь в стену и несколько раз взмахнула скальпелем.
Демон остановился указал одной рукой на потолок, а затем на девушку. И вдруг цепи на потолке ожили, словно змеи бросаясь на молодую аэри, они обвили её руки и ноги, надежно зафиксировав.
Алхимик подошел вплотную. Девушка дернулась еще несколько раз, и попыталась сделать то, что положено каждой гордой даме в такой ситуации: плюнуть обидчику в лицо. Однако, обидчик явно ожидал такого развития событий и был к нему готов. Его пальцы коснулись скул девушки. Раздался негромкий щелчок и рот её приоткрылся, а по подбородку потекла слюна. Девушка попыталась что-то сказать, но издала только мычание: язык и нижняя челюсть не двигались.
Двумя пальцами вытащив из руки девушки скальпель, алхимик разрезал им шнурок корсета, оставив пленницу топлесс. Она вновь дернулась, машинально пытаясь прикрыться. Демон покачал головой и и поочередно коснулся пальцем сначала плечей девушки, а затем бедер. При каждом касании раздавался щелчок и тихий стон.
Цепи ослабили свою хватку, возвращаясь на потолок и пленница начала падать, но алхимик подхватил её. Руки и ноги двочки безвольно повисли.
Демон подошел к краю кровати и сел на него, уложив девочку грудью на свои колени и внимательно оглядывая её спину, словно холст.
Алхимик поманил пальцем Анивейли и подал ей чернильницу.
- Открой и подержи.
Сам он тем временем развернул кожаный сверток. Внутри обнаружился набор длинных, тонких игл. Выбрав одну из них, по непонятным Ани критериям, демон начал наносить легкие уколы в спину девушки. Большая часть уколов не вызывала никакой реакции, но иногда пленница дергалась или тихо постанывала, и тогда демон протягивал руку к Ани, и, обмакнув иглу тупым концом в чернила - ставил на спине пленницы точку.
- Значит, ты хочешь знать, чем провинился мой брат? - демон бросил на эльфийку короткий взгляд, - Он просто идиот. Но идиот титулованный и занимающий высокую должность. Хотя правильнее будет сказать “занимавший”... Он побежал за юбкой одной многоликой с комплексом бога, и играл в Маршаре в великого завоевателя, а мне пришлось нянчиться с ними двоими. И пытаться минимизировать ущерб.
Алхимик замер на мгновение, прикрыв глаза и глубоко вздохнул, успокаивая нервы и унимая нервную дрожь в руке, недопустимую при такой тонкой работе.
- Ну я хотя бы смог завершить эксперимент. Но сегодня мое терпение лопнуло, по многим причинам. И мне уже давно пора было вернуться на свой пост. Вот и вся история, если коротко.
Демон добрался до поясницы пленницы и очередной укол заставил ту выгнуться и сладострастно застонать. На лице алхимика появилась довольная улыбка и он поставил очередную точку. А до девочки, похоже, дошло, что внушение эмоций - не такой уж и фантастический бред. Лице её выражало ужас и мольбу, с которой аэри теперь смотрела на Анивейли, словно утопающий цепляясь за последнюю соломинку, до которой могла дотянуться.

0

25

Когда пленница вырвалась, Анивейли тут же отступила куда-нибудь подальше от происходящего. Боец из эльфийки был никакой, а молодая аэри сильно напоминала загнанного зверя. Того опасного зверя, который уже готов был на всё.
Спокойствие лорда-Трибуна ей понравилось: как и положено достаточно мудрому существу, он проигнорировал выпад... девушки?
Даже не обратив внимания на прошествовавший мимо плащ, Анивейли широко раскрытыми глазами всмотрелась в лицо пленницы. Даже младше самой эльфийки, наверное. Но казалась куда более умной и преданной... своему господину.
За своими мыслями Анивейли не обращала особенного внимания и на цепи, и на щелчки.
Анивейли и раньше слышала и читала истории, когда кто-то влюблялся в злодея, и таких ей было искренне жаль. Вроде как преданность, любовь - светлые чувства. Но в то же время, из-за них творились гнусные вещи. Кара была по заслугам, но над судьбой преступника хотелось плакать.
Так и здесь. Кажется, тот "брат" действительно был виноват в том, что натворил глупостей. Услышав даже заветное слово "Маршар" Анивейли повесила на неизвестного ей аэри и гибель каравана, потому что она была из-за восстания в этом городе. Завоевания - всегда зло, а лорд-Трибун собирался повременить с этим злом, выводя его едва ли возможные события.
Глядя на дрожащие руки аэри, эльфийка видела не слабость, а живое существо. Мало того, что вдохновлённое и благородное... в масштабном смысле, так ещё и устающее и страдающее, как и все. А живое не может быть насквозь тёмным.

Держа чернильницу и наблюдая за тем, что он делает с пленницей Анивейли могла лишь... выражать сочувствие пленнице взглядом и виновато его отводить, иногда. Или же...

- Я... я не буду мешать... я лишь уточню: у вас, у аэри, поиск каких-то более мягких вариантов или способов показывает слабость, а не внушает некое уважение?

Ей хотелось верить, что ответ - нет. Но чтобы узнать так ли это, эльфийка внимательно слышалась в ответ демона.

0

26

Азазель снова бросил на эльфийку взгляд. На сей раз смотрел он дольше и тяжелее. А затем убрал иглу в чехол к её товаркам, сложил руки в замок и положил их на спину пленницы.
- Аг’кхал - тоталитарное общество. И как бы не пытались власти идеализировать тоталитарный строй, он в первую очередь держится на страхе перед гос. аппаратом и Вождем, которого никто никогда не видел. Страх и пропаганда. Прости уж за резкость, светлая. Но тебе всю оставшуюся жизнь придется носить имя дома Луавазье и жить по местным правилам. Чем быстрее ты освоишься, тем лучше. Те, кому ты представишься будут бояться и уважать тебя. Но уважение невозможно долго поддерживать одним лишь именем дома. Тебе придется делать что-то, подтверждающее твой статус, поддерживающее страх.
Пленница начала вяло шевелиться, сжимая и комкая простыню руками. Алхимик положил правую ладонь на голову девушки, перебирая пальцами темные пряди.
- Ну-ну. Не дергайся, иначе мне придется обездвижить тебя еще раз.
Поняв, что помощи ждать неоткуда и чувствуя властную руку на себе - пленница сдалась, принимая свою судьбу, и прерывисто, горько вздохнула.
Не прекращая гладить девочку, алхимик провел левой рукой над свертком с иглами. И те, повинуясь сильной Воле, покинули чехол и стройными рядами подплыли к Анивейли, по очереди окунаясь в чернильницу, а после возвращаясь к алхимику. Как только все иглы зависли над спиной девочки, демон начал плавно дирижировать левой рукой и иглы нанесли град уколов, быстро покрывая спину причудливыми концентрическими узорами вокруг отмеченных ранее точек.
Пленница сжала зубы и зажмурилась, больше не издавая ни звука.
Узоры на её спине плавно разрастались. Иногда град уколов прекращался и вереница игл снова плыла к Анивейли на дозаправку, чтобы секунду спустя вернуться к работе.
Наконец все отдельные узоры были объединены в единую картину. У алхимика ушло не больше десяти минут на то, чтоб полностью забить узором спину пусть и миниатюрной девушки.
Закончив работу, демон принялся педантично протирать каждую иглу проспиртованной тряпочкой, до зеркального блеска. Пленница не предпринимала попыток сбежать с колен мучителя, лишь тихонько всхипывая.
Вот, наконец, все инструменты были очищены и демон, с хрустом размяв руки, положил указательный палец на один из концентрических узоров, расположенный на шее. Анивейли почувствовала как в воздухе запахло грозой, но щелчков в этот раз не услышала. Вся татуировка на спине пленницы озарилась мягким, голубоватым свечением.
Пленница вздрогнула, каждый её мускул напрягся, глаза закатились, а острые коготки рвали ткань.
Впрочем, свет быстро померк, девочка поникла, а татуировка её, секунду назад бывшая смолянисто-черной вдруг побледнела, словно и не татуировка вовсе, а лишь неровный загар.
Демон переложил подопытную, что вяло шевелила руками, явно дезориентированная после случившегося. Алхимик поднялся с постели и встал рядом с Анивейли, глядя на дело рук своих. Через пару минут пленница пришла в себя и посмотрела на мучителя жалобно. Тот же, с едва заметной хитрой ухмылкой, покосился на Ани и протянул пленнице скальпель.
Аэри резко выхватила предмет, вскочила на ноги, занесла руку и… Остановилась. По щекам её катились крупные слезы, рука дрожала и мгновение спустя девочка выронила инструмент. Она подалась вперед, и с неожиданной нежностью прижалась щекой и ладонями к груди столь ненавистного алхимика.
Демон в свою очередь обхватил девочку за плечи, погладил по спине. И от этой совсем невинной, отеческой ласки раздался томный, прерывистый вздох. Пленница прижалась к демону сильнее, поднимая голову, с нежностью и преданностью заглядывая в глаза лорду-Трибуну.
Правая рука демона вновь легла на голову девочки, большим пальцем алхимик погладил её по щеке и молодая аэри принялась тереться о подставленную ладонь, как вдруг…
Напускная доброта исчезла с лица ученого. Пальцы сжались, и он за волосы оттащил от себя пленницу. Она вскрикнула и упала на колени
- Кто позволял тебе прикасаться ко мне, мелкая пособница предателя? - спросил демон и голос его был убийственно холоден, - Сперва обели свое имя. До тех пор не смей даже показываться мне на глаза. Поняла?
Девочка быстро встала на одно колено, глубоко поклонившись Трибуну, и произнесла голосом, дрожащим от волнения и радости служить:
- Мой лорд!
Демон бросил короткий взгляд на Миюри, что безмолвно наблюдала за всей сценой. Она кивнула, и проводила пленницу к лифту, который вскоре умчался вниз.

0

27

Анивейли замерла. Непонятно как она удерживала чернильницу в одном положении, не роняя и не сильно смещая. Рука, которой она придерживала мантию, сжалась в кулак, смяв грязную ткань.

Едва ли светлая эльфийка хорошо понимала, что такое тоталитарный строй. Своего короля она любила, верила в его свет, в его доброту, в мудрость... во всё, что считается почётным и хорошим. Вельможи в её глазах - те, кто заслужил место демонстрацией всех этих качеств или поддерживает их, как имя дома.
А тут "хорошие" качества оказались совсем другими. Страх и жестокость... и обязательно, иначе убьют. Ещё и имя знатного дома... это беспокоило эльфийку - ей, получается, нужно было бы ещё больше жестокости, чтобы демоны верили в её, как в часть дома... Анивейли нахмурилась, вспоминая несложное, но вылетевшее из головы название.

Но когда ей удалось вспомнить слово "Луавазье" и зафиксировать его в памяти, пленница вскочила на ноги. Анивейли смотрела на её поведение с ужасом. И вот такое же было бы и с ней, если бы она согласилась? Едва не спрятавшись за спину лорду-Трибуну, эльфийка наблюдала за происходящем, а когда девушка ушла, ещё долго смотрела ей вслед.

Анивейли напоминала сейчас статую: бледная, неподвижная. Потом, правда, она всё же повернула голову к ээри.

- А как объяснить, что эльфийка делает в вашем доме, как попала сюда? - тихо спросила она. - Не рассказывать же... правду. И...

Всё же ожив, "статуя" повернулась к аэри полностью.

- Вам сейчас, здесь, в чем-то помощь нужна? - уточнила она, вспомнив про то, что иглы, например, он вытирал.

Вспомнив то, как пленница опрокинула инструменты, посмотрела в то место.

0

28

Алхимик в который уже раз вздохнул.
- Ты белая, как мел. А ведь ты лицезрела результат одного из самых человечных моих опытов. Я даже нахожу нейросигнатуру прекрасной: она может подарить чувство самому черствому сердцу. А это очень, очень ценно. Кроме того любовь, которую я могу подарить, сильнее и чище той, что возникает естественным образом. И пусть я создаю чувство искусственно, но если результат затмевает оригинал, разве это не благо?
Демон погладил эльфийку по голове, совсем как недавно гладил свою жертву:
- Разумеется, принимая мою фамилию, на бумаге ты станешь аэри. Да и никто не сможет доказать обратного, ведь у нас нет никаких законов, регулирующих пребывание в той или иной форме. Но имей ввиду, светлая: если ты как-либо умудришься выдать себя и поползут слухи - я сделаю из тебя настоящую аэри. И это, поверь, буквально. Думаю тебе даже пошли бы небольшие рожки и чуть более розовый оттенок кожи. И хвост, возможно?
Алхимик задумчиво потер подбородок, а затем мотнул головой:
- Впрочем, я отвлекся. Сейчас я отправлюсь оформлять твое гражданство. Следовательно мне нужно от тебя два ответа: как тебя зовут и кем ты хочешь приходиться мне перед публикой?

0

29

Проглотив возражения про истинные и ложные чувства, Анивейли с ужасом поняла и другое.
Ну и как не выдать себя целительнице? Можно изображать злобность и жестокость, можно ходить гордо выпрямив спину и (как это не было бы противно) выдавая добрый взгляд за снисходительный, но не показать тот факт, что она ничего не умеет было бы куда страшнее. Вспомнив, что тут происходило и породнив всё это с магией... Анивейли как-то странно вздрогнув постаралась погнать мысль, что эта магия - тёмная.
Замерев, пока аэри гладил её, Анивейли отступила, когда он закончил. Нет, ничего дурного в этом жесте она не увидела, но демон хоть и вызывал некое уважение или даже симпатию, достаточно близким, конечно же не был. Не отец. Значит "отцовская" ласка не могла быть приятной.

А когда спросили, кем хочет быть...

- Анивейли. Меня так зовут. А кем... седьмая вода на киселе... - сказала она человеческую фразу. - Какой-нибудь там троюродной племянницей?..

Голос неожиданно дрогнул. Кажется, Анивейли просто устала пока бояться, горевать или испытывать что-то ещё, а потому - успокоилась.
Напряжение ушло. В некой отрешённости заработала голова. Ровно и задумчиво глядя на лорда-Трибуна, она начала спрашивать и объяснять.

- Или не так. Обязательно быть родственницей? Кем, если нет. У меня эльфийское имя - какое сокращение будет звучать приемлемым для этих мест? Возможно вы уже подумали но этом, но я не знаю вашего языка, что, наверное, ещё более странно, чем внешность. Так же, из менее очевидного, я занималась только целительством... чем мне нужно будет заниматься здесь, чему научиться в кратчайшие сроки? Нужно ли мне снять амулет, дающий глубокий сон, или то, что он выглядеть как эльфийский браслет роли никакой не играет? В чем будет заключаться моя служба?

Анивейли опустила взгляд, кажется, формулируя ещё вопросы, но не сформулировала и вновь посмотрела на своего господина.

0

30

Демон слушал девушку и пытался сохранить самообладание. Но чем больше она говорила, тем сложнее было ему. В конце концов Трибун не выдержал и принялся массировать указательными пальцами виски.
- Во имя науки… Как такое вообще возможно? Твой характер, внешность, навыки… Хоть сию минуту клади в банку с надписью “эльф обыкновенный”, и заливай формалином. Чтобы потом использовать как учебное пособие.
Аэри прошелся вдоль ровного ряда столов, размышляя.
- Значит так. Будешь Авелин. Авелин де Луавазье, вполне прилично звучит. И даже не думай жаловаться. Меня на полном серьезе называют Азазелем. Да. Демон из детской сказочки - это я. Приятно познакомиться, - последнее было сказано с явной иронией.
- Выгляжу я, может, и паршиво, но в отцы я тебе точно не гожусь. Ибо официальный мой возраст - восемь веков. В отличии от видимого. Запишем сестрой, названной. И нет, меньшее не сгодится. Магию свою лучше забудь. Вот прямо сейчас. Буду обучать азам алхимии, может и ассистировать сможешь в скором времени. Основной же твоей деятельностью будет говорить от моего имени. Как уже было сказано выше - выгляжу я паршиво. Однако до отбытия в Маршару я был молодым демоном, полным амбиций. Увидев то, во что я превратился, впечатлительная публика может себе много чего напридумывать. А мне и так хватает слухов про себя любимого. Публике тебя представим завтра. Будешь зачитывать приговоры окружению Агрона. Возражения не принимаются - это твой шанс проявить себя и внушить страх. Будешь там мямлить - я тобой завтра поужинаю, сестренка. Побрякушку свою можешь носить, но лучше под одеждой… Одежда… Проклятье, надо еще создать эффектный образ… Впрочем ладно, напрягу Миюри. Задание на сегодня - поесть и выспаться как следует. Еду скоро принесет прислуга. Места на кровати должно хватить. Личные аппартаменты когда-нибудь потом. Вопросы есть? Вопросов нет.
Выпалив все это на одном дыхании, Азазель развернулся на каблуках и быстрым шагом направился к лифту. Но на полпути споткнулся, схватился за бедро и выругался на непереводимом наречии. После чего несколько шагов прыгал на одной ноге, а потом, злобно вскинул руку, вытягивая угла трость, что со звонким шлепком влетела в руку демона и он заковылял увереннее, на эту трость опираясь.
Кабинку лифта он захлопнул излишне энергично и умчался наверх, в канцелярию.

0


Вы здесь » Сайрон: Осколки всевластия » Завершенные эпизоды » Голод и страх [Элария, 10 Теарис]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно