Розыск от капитана пиратов




Группа нашего форума в ВК

Ищут компанию в квесты


Обновлен список свободных артефактов
Вы можете взять себе уже готовый артефакт в качестве стартового или награды за квест.

Знаете ли вы?
Есть по меньшей мере 2 способа, позволяющих любому тиграну обрести магический дар: первый - через культ, а второй - через кровь

Голосуйте за любимый форум, оставляйте отзывы - и получайте награду!

http://img.rpgtop.su/88x31x11x3.gifhttp://forum-top.ru/uploads/buttons/forum-top_88x31_4.gif

Сайрон: Осколки всевластия

Объявление

Дата: 6543 год


Ищем помощников
Мастера игры, модераторы и пиарщики

Июль- месяц охотников за душами

Битва за империю - история про то, как стать богом, захватить империю и при этом не потерять самого себя. Ждем представителей тигранов, а так же всех неравнодушных

Сезон охоты открыт! - хотите поймать диковинную птицу? А может быть мечтаете приручить дракона? Тогда вам точно понравиться данный квест
РОЗЫСК

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сайрон: Осколки всевластия » #Завершенные эпизоды » Крещение огнем [Маршара, 10 Теарсис]


Крещение огнем [Маршара, 10 Теарсис]

Сообщений 31 страница 37 из 37

1

2. Участвующие лица: Агрон, Шарисия
3. Место действия Маршара
4. Вводная информация: По возвращению в город между Шарисией и Азазелям произошел разговор, в ходе которого, аэри раскрыл свои планы и поставил многоликую перед выбором: уйти с ним или остаться с другим. Риса не любитель выбирать, поэтому ответа не последовало, однако ультиматум был поставлен жесткий: взорванный храм в сердце ее города весьма красноречивое доказательство (и это она еще не встретилась со вторым братом)
5. Возможность добавления игроков: по согласованию с игроками
6. Время на момент начала эпизода: 10 Теарсис 6543 года

0

31

Прошло совсем немного времени, и Агрон остался один – подземелья, камеры, коридоры и заключенные стали его окружением. Это был не только решительный, но и дерзкий ход его супруги, решившей сыграть партию крупнее, выбрав для себя роль, которой демон ее не наделял в этом эпизоде их отношений. По правде сказать, именно за это он ее и любил, потому и восхищался. И все же происходило это ради эксперимента, своеобразного опыта, который Лавузье проводил над своей избранницей, и уже не важным было, что убить то он ее не в состоянии, но кому как не демону знать, что смерть для многих смертных могла стать поистине неоценимым даром. Вот так и получилось с Шарисией, дерзость и хладнокровность, которой в прошлом становились причинами запуска ряды механизмов в истории, после чего Лавузье должен был испытывать ряд подобных ограничений. Стоило заметить, что в тех далеких обстоятельствах прошлого, подобные условия – камера, кровать и «забота» любящей жены показались бы ему сказкой, ведь игры его женщины всегда были на две головы опасней, чем те, что проводил демон. Наивная многоликая полагала, что Азазель и Агроил две противоположенные личности, что же, это было ее право так думать и последний совершенно не спешил ее убеждать в обратном. Вот только женщина сама не поняла, как оказалась пешкой в игре демона, когда он решительными действиями смог упрятать ее, куда подальше от общественности. Риса всегда восхищалась Азазелем за хладнокровие и больной рассудок, с коим тот подходил к своему очередному опыту для новых «открытий» и ему совершенно неважно было, кто оказывается подопытным зверьком, но была у него некоторая эстетика, та невидимая граница, навсегда обреченная оставаться не досягаемой в его экспериментах. Подобной логике последовал и Лавузье, находившийся в Маршаре, вот только опыт был поставлен на его собственной, беременной и слабой жене, которая, подобно израненной лани, угодила в его капкан, птице певунье, угодившей в силки. Конечно же, Агрон не был бессердечным подонком, по крайней мере, законченным и сразу же отдал команду ее излечить, поставить на ноги и тому подобное, но эксперимент заключался в испытании ее психологической выдержке. Что произойдет с гордым зверем полей, родившимся на воле, попробовавшему на вкус ветер и свободу, после его заточение в подземелья? – он умрет и даже не, потому что его захотят убить, скорее тот сам покончит с собой. Но перед этим у жертвы должны наступить предсмертные спазмы нервной системы, которые проявляются перед самым пределом выносливости организма. Шарисия оказалась из пугливых и неустойчивых, ведь стоило ее супругу всего лишь добавить «градус» в печи и та сразу же приняла решение сбежать, стоило, правда, заметить, что это не впервые.
«О нет, моя любовь, эта игра только начинается», - шепотом проговорил Лавузье, смотря на ту стену, в которой совсем еще недавно рассеялась его возлюбленная. На лице демона расплылась коварная улыбка, когда он окинул оценивающим взглядом апартаменты, в которых приговорил к отдыху свою жену. «Не расстраивайся, уютная камера, я верну тебе твою обитательницу», - шепотом, почти не слышно, проговорил демон, осле чего тяжелая дверь закрылась и камера осталась пустой, до поры. Перед Лавузье теперь стояла задача, понять, где находится его благоверная супруга, «игра», которую она захотела прекратить, лишь видоизменилась, но не закончилась и теперь напоминала демону прятки.
Первое что пришло на ум – их личные покои, ведь стоило заметить, что Шарисия исчезла полностью нагой, а значит, есть вероятность, что она на грани обморочного возбуждения ожидает Агрона в спальне. В этом их желания бы тогда пересеклись в одной точке соприкосновения, ведь после такого представления, что та устроила в камере, он хотел ее еще больше. Лестница, коридоры, а потом двери и демон резким движением рук распахнул дверь в их личные покои, но там никого не было – наступила минута тишины, которая длилась, быть может, вечность, а темнота била по глазам сильнее яркого света. Такое происходит, когда глазами не видишь желаемого результата, на который так надеялся. Демон прошел к кровати, с иронией подумывая найти очередную оставленную записку на кровати, но и такого подобного ничего не нашел, после чего почувствовал себя обманутым дважды. Сначала супругой, когда та решила попросту уйти сквозь стены, а потом и собой, когда он подумал, что она его будет ждать в подобном месте.
После недолгого размышления, по голове Лавузье словно молния прошла сильнейшим разрядом, и стало понятным, что большим и вожделенным для Рисы кроме ее потребностей похоти была лишь жажда власти, а значит, ее следовало таки навестить в тронном зале, где, по мнению господина Маршары, та сейчас находилась. Но подобное место, где проходили торжества, требовало от него и подобающих одежд, а подобной мелочи, как другим могло показаться, демон не мог проигнорировать, потому решил даже сменить свою повседневную одежду, в которой он находился в темнице, на свою привычную, военно-парадную.
http://sd.uploads.ru/t/P2gFr.jpg

От личных покоев Агрона дорога к тронному залу не была уж слишком долгой, во всяком случае, быстрее, чем следовало подниматься из камер подземелья к поверхности. Но и этого пути было достаточно, что бы постараться представить себе, каким же будет его разочарование во второй раз, если супруги не окажется и там, тогда нужно будет признать самому себе, что в этой игре он оказался в проигрыше. Тяжелые двери в тронный зал распахнулись под давлением его сильных рук, что сделало появление эффектным, но и подобная картина заставила демона немного поубавить стремительный пыл, с коим он следовал к этому месту. Ясными были две вещи, первая – на этот раз он не ошибся, его супруга действительно находилась в тронном зале, и торжественно восседала на троне. Вторая – уж лучше бы он ошибался, потому, как многоликая уже успела толи охмурить до беспамятства, или напугать до смерти одного из солдат личной гвардии демона.
Его шаги были неспешными, эхом разносились они по всему залу, казалось, заставив все происходящее застыть навеки, а после и легкие хлопки, которые он делал, будто бы медленно аплодируя представлению, которое сам и написал для гениев актеров.
«Браво, ты превзошла мои самые смелые ожидания, дорогая», - медленные овации, а может и красных дорожек не хватало, но явно в чем-то был дефицит, Агрон понимал, что балансирует на грани ее терпения и возможностей и один неверный шаг будет последним, когда тонкая нить оборвется, и энергия взрыва высвободится наружу. Но для начала демону нужно было избежать жертв, среди своего подчинённого народа, потому он сделал демонстрационный, жест рукой на солдата, - «А ты смотри на меня и это приказ твоего лорда», - голос стал контрастно низким, будто бы изнутри начала пробуждаться темная, демоническая сущность. «А теперь выполняй постановление – немедленно собрать все патрули в городе и построить их при воротах поместья», - Агрон кое-что задумал, но говорить свои планы не хотел, было понятным лишь одно, его костюм явно был выбран для публичного выступления перед своими подчиненными.

+1

32

Ситуация рассчитанная до малейший секунды: они слишком хорошо знали друг друга, слишком давно играли в эти игры, на столько давно, что успели пресытиться простыми развлечениями. Аэри отступал, а она отсчитывала секунды, дверь открывается, а она с трудом скрывает довольную улыбку: все как по нотам. Он увидел то, что должен был, то, что она хотела ему показать. Очередная жертва ее чар, очередной несчастный, которому не повезло оказаться на ее пути. Нет, еще бы пару секунд и даже у Агрона бы сдали нервы, но он успел. Скучно, но в общем-то может быть оно и к лучшему? Аплодисменты — как обратный отсчет — прием, излюбленный у четы Лавуазье, комплимент на гране издевательства — оружие, призванное сокрушить стену спокойствия, и конечно же голос — спокойный, невозмутимый — словно гвоздь в крышку гроба самообладания соперника. Подобное сходство пугало и было не понятно: то ли он слишком долго был в Бруте, то ли она слишком много времени проводила с аэри, то ли кровавый договор был слишком силен и сплетал их личности стирая грани. И конечно же, какие же игры без пешки, которая загнанным зверьком смотрела на живоглота, подсознательно боясь кобру, что сидела на троне.
Приказ и страж воспринимает его не столько как угрозу, а как спасение и великую милость поспешно покидая тронный зал. Его примеру спешат последовать и остальные гвардейцы, на уровне инстинктов чувствуя бурю, в которую вот-вот могут угодить.
-Мужчины и их игрушки,- произнесла она, окинув мужчину оценивающим взглядом.- Решил поиграть в солдатики? Твой выбор, хотя можно найти занятие и поинтереснее,- многоликая выпрямилась на троне и чуть склонила голову на бок, точно примеряясь к тому, кто стоит перед ней.- Знаешь в чем наша проблема?- чуть устало произнесла она, в голосе слышались нотки некого презрения и легкой раздраженности.- Мы — хищники, который делят мир только на добычу или соперника, и просто не представляем, что делать с тем, кто не подходит под данную систему. Для нас нежность, ласка и доверие расцениваются как проявление слабости, забота равносильна попытки ограничить свободу и отобрать нечто ценное,- Шарисия говорила и с каждым словом ее голос становился все тиши и тиши, пока в конечном счете она не замолчала. Ее глаза закрылись, дыхание практически прекратилась воровка думала, она просчитывала варианты, прикидывала возможности, ее разум наслаждался абсолютной тишиной и покоем, предчувствием возможной и неминуемой смерти...- Аз прав,- произнесла она, вынося приговор тому, что могло случиться и тому, что уже случилось.- Уничтожение,-это были точно отрывки недосказанных фраз, остатки внезапно всплывших в сознании историй. Когда-то Азазель, который попытался проанализировать их странное трио пришел к выводу, что все их отношения построены на уничтожении. Тогда он сделал неутешительный прогноз, что оставаясь вместе рано или поздно они дойдут до такой точки, когда уже окружающие будут им не интересны и тогда, они переключатся на более достойных соперников — друг друга. И вот этот момент настал. Первым пал сам алхимик, теперь настала очередь магистра или может быть воровки?- Ты ведь не успокоишься, пока не сломаешь меня? А я не успокоюсь, пока не уничтожу тебя,- усмехнулась она, наконец-то составив план дальнейших действий.- И что же нам делать, просвети меня, вариант решения Аза я знаю.

+1

33

Существа обитающие в Сайроне бывают столь наивные, что даже мировые потрясения не способны открыть им глаза, и все равно те продолжают искать правду, сами того не понимают, что обнаруженное повергнет их в забвение. Именно потому и останавливаются за шаг до истины, совершенно не желая достигнуть знаний, которыми хотели себя наградить, если вообще доходят до цели. Но те, кто продолжают упорно приближаться  к знаниям обустройства мира и всего живого, всегда должны были делать это беспристрастно, оставив и позабыв такие качества, как алчность, тщеславие и гордость, в противном же случае, они превращались в монстров. Прикоснуться к вечному бытию и остаться живым мог лишь чистый разум, свободный от пороков, быть может, такими были спарды, но демон не знал их природы в самой ее основе. Совсем другим делом были эти двое, что находились в тронном зале Маршары, их успех был очевидным, но обреченным из-за постоянного соперничества и существенной доли недоверия, а сумасшедшая страсть, кипящая между ними, лишь усиливала градус накала, который рисковал вырваться наружу. 
В какой-то момент, когда Риса назвала имя алхимика, той самой второй половины, на которую Агрон уже объявил охоту не на жизнь, а на смерть, без какого-либо шанса на капитуляцию ученного. Стало ясным, что она все еще помнит его, вспоминает, пусть даже и ее связь с ним была лишь в рамках профессионального интереса, в котором сам Лавузье, стоящий перед троном рассматривался, как подопытное существо, с чем тот никогда бы не согласился. Именно в такие минуты Агрон радовался, что, наконец, этому имени наступит конец и его двойник навсегда исчезнет из страниц истории, даже больше – из языков народов в алой империи, поскольку его место займет сам Агрон. Все было продуманно и колесо запущенно, которое было изобретено самим аристократом для уничтожения, но не Шарисии, она ошибалась, ведь Лавузье никогда бы не причинил боли и вреда такому цветку пустыни, нежному и беззащитному, как бы та не была убеждена в обратном положении дел.
«Зачем тебе мучать саму себя, да еще и в таком положении беременности, когда мы можем закончить со всем здесь и сейчас?», - риск с невероятной дозой адреналина в крови испытывал демон, когда решился на такой шаг, сомневался ли он в подобном поступке – да, боялся ли за свою жизнь – нет. Лавузье вытянул движением рук два кинжала из ножен, прикрепленных сзади на поясе, и выставил их острием по сторонам, руки были выставлены в стороны, как при распятии. «Хочешь уничтожить? – можешь сделать это сейчас моими же руками, я даже не буду сопротивляться, знаешь. И ты навсегда освободишься от моей настырной заботы и преследований, ты станешь свободной от кровного договора и брачного контракта, сможешь исчезнуть из Маршары, и тебя никто никогда не увидит», - быть может, именно этого сейчас хотела многоликая больше всего, получить тот самый лотерейный билет на свободу, о которой говорил демон. Но она знала, что заключать даже подобные сделки с аэри всегда вреда несло самой себе больше, чем выгод, хотя за все приходиться платить. «Но пока что я живу, знай, что мои попытки заботиться о тебе, а не подчинять, всегда будут постоянными и больше того скажу, ты сама того хочешь так же сильно, как и я, вот только это имя до сих пор мешает нам достичь с тобой того идеального баланса. Но не волнуйся, скоро эта ошибка будет исправлена, и мы с тобой сможем жить по-другому», - демон понимал, что Шарисия все равно ничего не предпримет против него, но вместе с тем, демонстративно провел лезвиями кинжалов возле своей шеи, будто бы играя в свое представление.
Аэри не стал вдаваться в подробности, каким образом ошибка под именем Азазель вскоре будет исправлена и что за тем последует, но было ясным для женщины, что демон не шутит и точно знает, о чем говорит, даже не блефует. Он и не блефовал, когда сейчас, приклонив одно колено перед троном, предложил ей уничтожить и себя, совершенно давая себе отчет, что сам он от этого потеряет гораздо меньше, чем Риса. Хозяин этого города знал, что они связаны друг с другом и не только кровным союзом, но и обстоятельствами, которые были на таких оборотах, что остановить все происходящее уже не представлялось возможным. И Шарисия, как знал аэри, была моментами порывистой и дерзкой, но не дурой, которая согласиться следовать своей слабости исполнить предложение супруга о его убийстве, порадовав саму себя на момент, а после окажется с простреленными и перебитыми коленями.
А солдаты, тем временем начинали сове движение по направлению замка, и построиться они должны были перед этим зданием для некоторого объявления, вот только кто к ним выйдет, один Агрон или может сама Риса, а быть может и вдвоем, сейчас, все решалось именно сейчас.

+1

34

Ошибка? Нет, нарочная шпилька, которая колола больнее любых обвинений, была страшнее криков и истерик. Всего лишь две буквы, одно короткое имя «Аз» и все мир рушиться, вся сила пропадает и остается одно просто осознание: где-то там, за пределами его власти, в темных уголках ее души жив другой и его она вспоминает и его слова слушает и его музыку исполняет, так словно и не ты стоишь перед ней. И вновь это обещание, а точнее сказать приговор, Шари не обманешь, она знает и силу слов и мощь эмоций. Азазель умрет и самое страшное, что это ее рука вела перо, что ее воля составила обвинения, а не Агрона. Но даже осознавая это, даже потеряв его на яву многоликая понимала, что он всегда будет с ней и что есть малая часть, которую даже магистру не уничтожить... Ее последний довод во всех войнах и конфликтах, ее ультиматум его власти.
А дальше ход отчаявшегося безумца, великолепная театральная постановка направленная на то, чтобы вынудить ее действовать, чтобы услышать одно слово. Да, он явно хотела, чтобы многоликая сорвалась с трона, кинулась к нему, отняла ножи, умоляла этого не делать... Что случалось с игрушками, которым ее дразнили мальчишки? Ничего, она теряла к ним интерес.
-Отлично,- усмехнулась она, гордо вскинув голову.- Сделай это!- не четкий приказ, а явная попытка поймать на крючок и вынудить отказаться от собственных намерений.- Давай, чего ты ждешь?- говорила она, а в глазах пылала неподдельная ярость и причина была достаточно проста: он посмел посягнуть на то, что имела право уничтожать и мучить только она.- Докажи мне, что я была права в своих сомнениях и клятвы Лавуазье так же легко исчезают, как снег на солнце,- Шарисия отлично отдавала себе отчет в том, что делает, понимала, что не сможет достать его и отнять оружие, однако, ничто не мешало ударить его словами. Как можно больнее, как можно четче, чтобы в голову этого идиота наконец-то пробилась простая мысль...- Ты обещал, что история не повториться, а сам так легко собираешься меня бросить. Ты или трус или глупец если думаешь, что я позволю тебе так просто убежать,- ярость медленно но временно сменилась безумием в этих странных нечеловеческих глазах. Ее головка вновь породила чудовище и теперь Лавуазье предстояла с ним встретиться.- Хотя, если ты устал от меня, то я могу тебе дать возможность отдохнуть,- уже привычное движение по ручки трона и механизм, который Аз поставил для нее на случай, если вдруг Рисе понадобиться оружие, а рядом никого из них не будет, и в руки многоликой выскользнул небольшой кинжал.- Вот и все,- произнесла она улыбаясь, представив лезвие к шеи так, что оно чуть прокололо кожу и небольшая дорожка крови потекла по шее,-  Идеальное изображение нас в любой ситуации.
Сцена могла быть интерпретировано как угодно, но важно было то, как ее видят эти двое. Для Рисы это было просто и четкое объяснение того, что если Он только помыслит о том, чтобы угрожать чему-то что ценно ей, Она нанесет удар по тому, что ценно ему. Если он решит оставить ее, то она оставит его и сделает это быстрее и раньше. А еще, что она никогда не будет играть по его правилам, только по их общим.

+1

35

А ведь игра тем временем продолжалась, в какой-то момент, неожиданный для всех, демон решил вырваться хотя бы на шаг вперед. Достаточным было почувствовать вкус власти над Шарисией, когда она была общей собственностью между ним и его близнецом, как господин города задался целью – завладеть, при том, что для такого запроса нужно было уметь ждать, но времени было для этого предостаточно. Быть может, и была та самая грань, до которой Агрон дойдёт и решит возле которой, что здесь его предел и дальше этой границы он не пойдет? – Нет, это могло случиться лишь только с его двойником Азазелем, но пока что последний себе спокойно прогнозировал их отношения и закрывался в запрещенных лабораториях, Агрон действовал так, как ему было нужно. В те далекие времена игра была лишь в начальных стадиях, потому и риск был невысоким, и градус страстей не столь сильным, нервы у всех троих игроков были спокойными и каждый двигался по своему усмотрению. Но случается и так, что спираль закручивается к одной неминуемой точке, а пружина, сжимается до самого предела, перед тем как освободить всю мощность зажатой в ней силы. И ставки в игре начали расти в геометрической прогрессии, и неважно было это все сфабрикованными событиями или постепенный срыв нервов привел эту троицу к сильным конфликтам между собой. В результате – разрушенный храм, нападение на Шарисию, зачатие от Агрона и группа наемников, отправленная лишь с одной целью, а именно – обезвредить и доставить Азазеля в Маршару. Нервы у всех были расшатаны до пределов, а персонажи и без того не стеснялись вести самую вероломную игру по отношению друг к другу. Вот, как и сейчас в тронном зале – демон был доволен реакцией супруги, пусть она была подпитана эмоциями, но зато она была настоящей, чего нельзя было сказать об игре жителя алой империи. Но Лавузье был доволен увиденным, ведь очевидным стал тот факт, о котором он давно знал, и на чем решил вероломно сыграть – это он сам, ведь без него и Риса уже дальше ничего не смогла бы преодолеть. Но в таком приеме он понимал и вторую сторону медали, он сам от нее зависел не меньше, а быть может и сильнее, поскольку в организме этой женщины теперь была еще одна, совершенно новая жизнь, которую он считал родной.
Аэри внимательно наблюдал за движениями супруги и в тот самый момент, когда он услышал, да, именно услышал кровь, после чего эта капля протекла по ее шее, оставляя за собой тонкую и изящную дорожку, он бросил в стороны кинжалы, давая сигнал, что бы та прекратила. Решив даже сделать шаг назад в подобной игре, он стремительно начал сокращать расстояние к трону, до того, пока не стоял совсем рядом, перед богиней, она наблюдала за его движениями. Но не столь тщательно, что бы парировать резкий выпад ладони, которым демон выбил из руки своей супруги изощренный нож, пока что та не додумалась себя изувечить еще больше. «Я обещал, и помню свои слова, именно потому я и буду тебя любить дальше и дольше, чем ты сможешь это выдержать. Ты будешь убегать, но я стану твоей тенью, ты будешь прятаться, а я буду твоим дыханием. Ты будешь кокетничать, а я буду твоей страстью, которая никогда от тебя не отступит, как бы ты сильно не проклинала себя за вою слабость ко мне», - с этими словами и взглядом хищника, демон достал небольшой сверток ткани, и колбу с жидкостью. На подозрительный взгляд супруги, была сказана лишь фраза, не принимающая никаких возражений, - «эту кровь нужно остановить». Риса внимательно смотрела на него, в то время, как демон, приклонившись перед нею, накладывал компресс из медикамента и одного зелья.
Вот только Лавузье все равно продолжал играть свою роль, и даже под видом заботливого мужа, он смог пробить ее броню подозрений, и теперь растирал по шее жидкость, которая кроме того, что останавливала кровь. При попадании на открытые порезы, проникала в организм и, словно снотворное, призвано было погрузить женщину в глубокий и спокойный сон. Агрон был хищником по натуре, Риса это подметила правильно, вот только, быть может и сама не знала, насколько сильно образно выражаясь, он вцепился в ее шею стальными челюстями гиены и был готов разбиться скорее сам, чем выпустить из-под своего влияния свою любимую, обожаемую женщину.

+1

36

Какой бы ты ни был сильным демон, на сколько бы могущественным правителем ты не являлся, какой бы властью не обладал все это ничто, когда на другой чаше весов вдруг оказывается не просто любимая женщина, а мать твоего ребенка. Глупо было бы полагать, что Риса не понимала, что делала и что не догадывалась о том, что держит кинжал у горла не одной безумной воровки, а сразу двоих дорогих Агрону существ. Ее он бы еще потерял, но вот второе — никогда. Обезоружен, слегка растерян, но не побежден. Лавуазье лишь признал, что этот ход выиграла она, но это всего лишь мимолетная схватка, а не полномасштабная война. Ножи со звоном падают на каменный пол, когда демон оказывается совсем рядом — Лавуазье даже не сопротивляется, она нарочито позволяет ему поступать так как заблагорассудиться. А он был забавен: вновь обещал золотые горы, вновь твердил о своей любви, а при этом снова пытался загнать ее в ловушку. Но дважды на одну уловку мастерового зверя не поймаешь.
-Успокойся,- продолжала улыбаться она, но теперь в ее улыбки не было той безумной всепожирающей ярости, в ней таилась нежность и самоирония, усмешка над всей глупостью их положения.- Раны уже давно нет, остался только кровавый след, твое зелье не поможет,- до Шарисии доходили тонкие нотки успокаивающих микстур, примесь, почти на гране послевкусия, если бы ее не поили всеми этими отварами в течение недели. Кажется, он пытался вновь вывести ее из игры, спрятать до поры до времени...
-Я — твой злейший враг, пока ты полон сил, я — твой единственный союзник, когда весь мир пойдет против тебя,- произнесла она, проведя рукой по щеке мужчины.- Помни, я обещала это и ему, не вынуждай меня исполнять вторую часть,- она запуталась пальцами в волосах мужчины, нежно притягивая его к себе, но вместо поцелуя прикоснулась лбом к его лбу, точно пытаясь прочитать или передать мысли и продолжила.- Прости меня,- два слова, таких простых, но так редко звучавших из этих уст. Она никогда не извинялась и никогда не просила у него прощения, а если делала, то это было скорее издевательство, а тут, так просто и в то же время так тяжело. Богиня извинялась за все что было, за все что еще будет, за то что  вообще появилась в его жизни, за то что отказалась спокойно жить в Бруте, в городе, который Он ей подарил.
-Твои солдатики ждут тебя,- нехотя отпустив его, выдохнула многоликая. Их взгляды были контрастны — жестокий хищный взгляд демона и ласковый нежный женщины.- Мне бы хотелось их увидеть, но думаю, даже у тебя не хватит сил справиться с ними, если я вдруг выйду в таком виде. Или ты знаешь способ, как это исправить?- легкий, почти детский вызов «сможешь или нет?», она точно сомневалась в его способностях, хотя отлично понимала, что причин нет.

+1

37

Ожидаемого чуда не произошло, во всяком случае сейчас, когда демон старался разыграть легкую сцену и предоставить себя в роли заботливого мужа, его трюк провалился, скажем так, с грохотом. Однако, как и было сказано еще раньше – где есть свет, там всегда будет тень, потому и Агрон понимал, что хоть его нелепый, но дерзкий замысел раскрыт, он все равно оставался в роли, которую отвел сам себе. И вот до конца дать исчерпывающий ответ на вопрос, он не мог даже самому себе – была ли это действительно отточенная игра, без проявления даже намека на то подобие чувств, что выражались на лице его любимой женщины. Забота, ласка, тепло – этим она подкупала, создавала некоторое чувство спокойствия и умиротворения внутри аэри, которые не могли восполнить даже сотни побед в этом мире и тысячи бордельных шлюх не были способны ему подарить и доли такого чувства, коем он был привязан к многоликой. Сложно было сказать, что происходило с ним, когда он пытался предотвратить кровотечение, скорее на уровне инстинкта даже понимая, что сейчас может быть нанесен вред его ребенку, чего бы он никому не разрешил допустить, даже супруге, как бы та сильно не оправдывала подобные поступки.
Наступила тишина, когда они оказались совсем близко, совсем рядом друг возле друга, настолько, что даже ее глубина дыхания могла быть жарче, чем дневная жара в пустыне. А ее голос, такой нежный и мягкий звучал шёпотом, но говорил громкие вещи, серьезные клятвенные обещания, которые нельзя было игнорировать, о которых нельзя было забывать в свете грядущих событий. В какой-то момент у демона перехватило дух от панического приступа, который он смог сдерживать в себе, после этого – жуткая, жгучая боль и тьма, большой приступ гнева, после чего тишина и беспомощность. Все это происходило как бы внутри него самого, но наружу не проявлялось, Лавузье лишь молчал, давая возможность говорить супруге, а сам понимал, что эти сигналы были теми самыми отрывками бури эмоций, которую в эти самые минуты переживал его вторая сущность – Азазель. Почему так происходило? – сказать было невозможно, быть может еще некоторая, совсем отдельная часть этой тени оставалась в сущности Агроила, а быть может и это было намеренное послание с помощью магии. Как бы то ни было, но все это время, Лавузье сохранял гробовую тишину, а его глаза были полуоткрытыми, лишь сохранилось выражение хищника, коварного охотника на лице, с которым он подошел к любимой раньше. Да и ясным было для демона уже следующее – Азазель угодил в магическую ловушку, которую так долго и старательно планировала целая команда Агрона, которую так тщательно выполняли наемная группа из убийц, в которую входили представители нескольких рас. Как результат – тишина, успех, торжество и умиротворение постигло Агрона, понимающего теперь лишь то, что его план сработал, и его двойник вскоре будет доставлен в город, жемчужину пустыни, великую Маршару, у замка которого уже были построены ряды солдат аэри.
Демон поднялся и теперь, как-то даже по новому, стоял крепко на ногах. После слов многоликой, что его заждались войска, это обращение к солдатам должно было стать триумфальным, поскольку ни они, ни богиня еще не догадывались о причине такого вступления, но Агрон знал и ликовал всем нутром. «Ты пойдешь со мной, этого хочу я, этого требует наше положение. Ты ведь всегда хотела стоять со мной на равных? – этот вечер, это время, когда мечты сбываются, когда все наши заветные мечты осуществляются!», - очень загадочным тоном произнес Агрон эти слова, достаточно тайным, чтобы вызвать у своей супруги подозрения, но и достаточно быстро, чтобы лишить возможности ее хоть о чем-нибудь уточнить. Ведь по нему было очевидно его приподнятое, казалось, без причины настроение, ведь обычно перепад импульсов работы нервной системы был уделом беременных существ, в коем свете Агрон выглядел бы очень странно. Но у него был сейчас свой, отдельный карнавал в голове. «Ты будешь стоять рядом со мной, отныне и всегда, как и сама того так долго хотела. Но предупреждаю, никогда не делай шаг назад перед тем, что от тебя требует теперь твое положение, находясь рядом со мной. Ты искала очень тяжелого, я тебе это даю, не испугайся и увидишь великие чудеса», - после этих слов двери из тронного зала, ведущие наружу распахнулись, и солдаты подняли боевой клич.
«Я собрал вас всех, своих верных поданных, потому что именно ваши усилия смогли навести в этом городе порядок. Именно наши отлаженные усилия принесли мир и покой жителям Маршары, который мы будем разносить, будьте уверенны, на все другие районы этой империи. Обещаю, вы получите здесь богатства и славу, коей не могли себе и позволить даже в самых извращенных желаниях», - раздался снова одобряющий крик, который главнокомандующему пришлось усмирить жестом руки. «Я торжественно представляю вам вашу госпожу, которая будет править в этом городе с такими же полномочиями, как и я управляю вами. Ее приказы – мои приказы, ее воля – моя воля, ее поступки – мои поступки, это вам запомнить и уяснить, что никто не смеет прикасаться к ней, кроме меня», - Агрон демонстративно держал свою супругу за руку, прижимая ее к себе. «А так же заявляю, торжественно и почетно, что наш внутренний враг повержен и побежден! Противник, который решил вести подрывную деятельности в рядах ваших господ больше не будет предоставлять никакой угрозы и теперь мы с легкостью сможем бросить дерзкий вызов внешним угрозам!», - солдаты аэри вновь подняли радостный клич, а самодовольный Агрон смотрел поверх всех их голов, продолжая сжимать руку супруги чуть сильнее обычного. И лишь Шарисия еле сдерживала ужас в глазах, все еще держа н лице одетую улыбку, ее сердце содрогалось от внезапного заявления ее мужа.

+1


Вы здесь » Сайрон: Осколки всевластия » #Завершенные эпизоды » Крещение огнем [Маршара, 10 Теарсис]